Варшавское шоссе - любой ценой. Трагедия Зайцевой горы. 1942-1943 Александр Ильюшечкин, Максим Мосяг

У нас вы можете скачать книгу Варшавское шоссе - любой ценой. Трагедия Зайцевой горы. 1942-1943 Александр Ильюшечкин, Максим Мосяг в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

За этот месяц наши части понесли ужасные потери. При изучении данных о потерях в Центральном архиве Министерства обороны мороз идет по коже. Сколько же солдат погибло у подножия высоты ,8, непосредственно на высоте и при штурме близлежащих деревень: Занимаясь на протяжении нескольких лет поиском пропавших без вести бойцов в этом районе, мы столкнулись с тем, что сколь-нибудь достоверная информация об этом сражении в литературе отсутствует.

Есть лишь скупые замечания в мемуарной и краеведческой литературе да воспоминания ветеранов, которых, к сожалению, с каждым годом становится все меньше. В настоящее время появилась возможность использования зарубежных источников, и прежде всего немецких. Это дает возможность оценить картину боевых действий на данном участке фронта с обеих сторон.

При изучении боевых действий в районе Зайцевой Горы и высоты ,8 нами были использованы следующие немецкие источники: Мы ставим своей целью подробно и детально, насколько это позволяют источники, восстановить эту несправедливо забытую страницу Великой Отечественной войны. Они отбросили противника от Москвы на — километров. За период наступления советские войска освободили более 11 тысяч городов и деревень, в том числе Калинин и Калугу, ликвидировали угрозу Туле.

Если на севере покатилась назад 9-я армия с подчиненной ей 3-й танковой группой, то на юге не удержали позиции 2-я танковая армия с подчиненной 2-й армией и правый фланг 4-й армии. Соединения советских й армии и й армии продвинулись на запад и северо-запад в направлении Калуги. В результате этого удара образовалась брешь между 2-й танковой и 4-й полевой армиями. Эта группа командир — генерал танковых войск Штумме, командный пункт — Сухиничи подчинялась штабу 4-й армии и включала в себя управление го корпуса, части й пехотной дивизии, го пехотного и го артиллерийского полков.

Советские войска продолжали продвижение вперед. Почти во всех частях отмечались случаи заболевания сыпным тифом, увеличивались потери от обморожения. В танковых частях ощущалась острая нехватка материальной части и подготовленных танковых экипажей. Военные действия не развивались стремительно. Но были случаи, когда командиры с обеих сторон проявляли мастерство, вполне сравнимое с храбростью сражавшихся солдат, которыми они руководили.

Сражение под Зайцевой Горой оставило потомкам много достойных воспоминания моментов и эпизодов. Для начала хотелось бы объяснить читателю, что же на самом деле такое и где расположена эта печально известная Зайцева Гора. Территория данного населенного пункта совпадает с самой высокой точкой Калужской области, которая на картах обозначена как высота ,6 именуемая Зайцева гора.

Центр обороны противника, прикрывавшего подходы к Зайцевой Горе, находился в 5—6 километрах юго-западнее, на высоте ,8 с прилегающими к ней деревнями Фомино-1 ныне Цветовка и Фомино-2 ныне Зубровка.

В этом месте и развернулась та трагедия, которую принято называть битвой за Зайцеву Гору, хотя здесь имеется некоторое допущение. Эти две высоты ,6 и ,8 имели огромное стратегическое значение в обороне немцев. С них шоссе и окружающая местность контролировались на десятки километров.

Противник в районе Зайцевой Горы имел развитую сеть опорных пунктов, построенных по системе флангового огня, насыщенных различного вида вооружением, с многочисленными инженерными сооружениями. Опушки леса и проходы в болотах были заминированы и опоясаны проволочными заграждениями. Кроме того, гребень высоты ,8 создавал крайне тяжелые условия для штурма ее советскими частями. Когда Кононенко вошел в домик Белова, там за столом стоял ниже среднего роста, с широким, угрюмым лицом, незнакомый генерал.

Он молча показал ему на стол рукой, давая понять, где тот должен развернуть свою карту для доклада, Кононенко доложил, что на участке Варшавского шоссе, где корпус безуспешно пытался прорваться, оборонялась я мотодивизия немцев, а правее и левее — я, а также я пехотные дивизии. Все указанные соединения входили в состав 4-й немецкой армии.

Глубина обороны немцев была небольшой. За шоссе их части располагались в населенных пунктах, приспособив их, как правило, к круговой обороне. Дороги между такими пунктами были расчищены, и по ним патрулировали танки и бронетранспортеры. Генерал слушал, не перебивая, но пальцы на его руках и коленки дрожали. Он тихо с каким-то шипением спросил: Генерал, видно, не знал, что легкие кавалерийские дивизии, да и две стрелковые дивизии насчитывали менее трех тысяч человек каждая, что основная тяжесть боя ложилась на две гвардейские кавалерийские дивизии.

Но они шли в атаку на танки и укрепления немцев почти с голыми руками, несли огромные потери. Мы положим всех людей, а успеха не будет. И дивизия немцев не так уж паршива, как вы сказали, у нее почти десять тысяч человек, есть достаточно танков, в неограниченном количестве боеприпасы, ее солдаты обогреваются в населенных пунктах и в специально оборудованных блиндажах, она не ощущает недостатка в продовольствии, а мы?

Мы воюем почти голыми руками и вдобавок впроголодь, у нас даже лошади часто остаются без фуража, а что толку от кавалериста, если его конь голоден? Захаров резко сдвинул его отчетную карту, давая понять, что доклад окончен, сел на стул и, часто дыша, спросил: Вопрос был задан явно не по адресу. Кроме того, на такие вопросы ответ следовало держать самому. Тыл фронта явно не справлялся со своими обязанностями по обеспечению и снабжению войск. Он работал в диссонанс с задачами, которые ставил войскам командующий фронтом.

А может, в диссонанс с возможностями тыла действовал командующий? Кононенко с удивлением смотрел на Захарова. Тот вспотел, его глаза, вылезавшие из орбит, ничего и никого не видели.

Я сам ехал к вам на санях! Поднеся коробку почти к самому лицу разбушевавшегося генерала, он спокойно и настойчиво твердил: Вернувшись в свой домик, Кононенко застал там Буйко и начальника особого отдела корпуса Кобернюка. К вечеру приехали генерал Белов и начальник штаба полковник Грецов. Замкомфронта после бурного скандала крепко спал, и генерал Николаенко подробно рассказал им о происшедшем. Генерал Белов позвонил Кононенко и спросил: Но он принес корпусу куда больше несчастья и жертв, чем мог бы принести бомбардировщик.

Лишь позже, внимательно присматриваясь к поступкам, словам и действиям Захарова, Кононенко, как он пишет, понял, какой страшной злобой заполнено было все его существо, как дико ненавидел он людей.

Злоба туманила его и так не весьма ясный рассудок. В его старой записной книжке о Захарове написано: Поздно вечером Кононенко был вызван к Белову. В его домике находилось все командование корпуса.